Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

0 просмотров Комментарии Выкл.

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

В середине августа террористическое движение «Талибан» (запрещено в РФ) захватило столицу Афганистана Кабул и фактически получило верховную власть в стране. 

На пресс-конференции официальный представитель движения Забихулла Муджахид заявил, что талибы будут управлять страной не так, как 20 лет назад (они находились у власти с 1996-го по 2001 год). Например, теперь они не думают о мести, потому что всех простили, и вообще хотят мира, стабильности, защиты женщин и независимых медиа. 

Слова пока отличаются от реальности. Новые правители запретили публичную музыку, посоветовали женщинам не выходить из дома, а корреспондент агентства TOLO News Муслим Шизрад сообщил о казни талибами четверых военных командиров, которые выступили на стороне прежней власти. Журналист рассказал, что расстрел произошел на стадионе Кандагара – жителей специально собрали на просмотр. 

Расправы на спортивных аренах – давняя страсть «Талибана». Во время их прошлого пришествия главным местом убийств и истязаний был Национальный стадион «Гази» в Кабуле. Людей на нем казнили за полчаса до футбола, а с трибун за этим наблюдали десятки тысяч зрителей. 

Ниже – рассказываем кровавую историю главной арены Афганистана. 

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Национальный стадион построили в Кабуле в 1923 году и назвали в честь короля Амануллы-хана, чье второе имя – Гази (то есть Победитель). Он получил его за триумф в англо-афганской войне, которая в 1919-м принесла Афганистану независимость. 

Свободное государство оперативно установило отношения с Советским Союзом – СССР стал первой страной, чьи дипломаты приехали в Кабул. В 1921-м последовал договор о дружбе: советская Россия обязалась помогать Афганистану финансово, поставлять военную технику и специалистов – например, для работы телеграфов. 

С годами помощь только нарастала. Между 1954 и 1978 годами СССР суммарно подарил соседу более 1 млрд долларов и закупал почти весь афганский газ. Энергоресурс приносил исламской стране 23% от всего бюджета. 

Поставка мозгов тоже работала: советские власти отправляли через границу инженеров, офицеров, строителей и даже футбольных тренеров. В 1975-м местную сборную принял Владимир Саленко, о котором сейчас не найти вообще никакой информации. Через год его сменила легенда – Сергей Сальников, олимпийский чемпион-1956 и один из самых техничных игроков советского футбола. 

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Про Сальникова осталось много мифов и удивительных фактов (родной отец – якобы Николай Старостин; уходил в «Динамо», чтобы облегчить жизнь отчиму в лагерях; умер в раздевалке после ветеранского матча; дочь – чемпионка СССР по теннису, внук – финалист «Ролан Гаррос»-2021 Стефанос Циципас), но про его жизнь в Афганистане неизвестно ничего. Хотя до сборной Сальников тренировал местный клуб «Маареф». 

Сальников и сменивший его Николай Ефимов (обладатель Кубка СССР-1949 в составе «Торпедо») работали в сборной всего по году. Самарец Геннадий Сарычев спустя 10 лет провел в Афганистане два года. Он застал уже военное время, но все равно тепло вспоминает южную командировку: «Поехать туда мне предложил Вячеслав Иванович Колосков. Я взял жену и… Только прилетели в Кабул – обстрел. Но мы почему-то не боялись. Вообще получилось так, что два года в Афганистане стали для нас одними из самых счастливых. Мы с женой там все время были вместе».

Тренеры из СССР помогли не особо. Сборная Афганистана при них ни разу не прошла квалификацию на Кубок Азии, правда, без них – тоже. В отборе на чемпионат мира она не участвовала, хотя с 1948 года входила в ФИФА и в том же году единственный раз в истории приехала на Олимпиаду. В Лондоне команда влетела 0:6 Люксембургу и закончила турнир. 

Выступать сильнее (в трех отборах на Кубок Азии в 1970-х и 80-х Афганистан добыл всего три ничьих) мешал слабый внутренний чемпионат. Он состоял из разрозненных региональных лиг, сильнейшая из которых – Лига Кабула. Все ее команды выступали на арене «Гази» и не пересекались с клубами из других регионов. На поездки не было денег, плюс они считались небезопасными. 

С выводом советских войск страна еще сильнее погрузилась в хаос. С 1988-го по 2003-й она не провела ни одной международной игры и опустилась в рейтинге ФИФА до последнего места. 

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Талибы впервые захватили Кабул в 1996 году, сместив относительно светское правительство, и основали Исламский Эмират Афганистан. Их первые законы – комендантский час с 21:00, обязательное ношение бороды и паранджи, запрет музыки, ТВ, кино и кучи видов спорта, в том числе традиционных афганских – запуск воздушных змеев, собачьи бои и кокпар (когда всадники борются за тушу козла). Другие виды (крикет, бокс и футбол), наоборот, стали очень популярными, хотя спустя годы почти все считают, что футбол находился под запретом. 

Бывший спортивный журналист Tolo News и National TV Сафи Станекзай в интервью афганскому отделению «Радио Свобода» (признан в России иностранным агентом) считает, что в мире сложилось ошибочное мнение о жизни Афганистана при талибане. «У Запада не было тесных отношений с Афганистаном в те годы, поэтому страна была известна только войной и талибами. СМИ уделяли больше внимания негативу, чем позитиву. Позитивом был спорт. Во времена талибана многие люди занимались спортом», – говорит Станекзай. По его словам, на стадионе «Гази» регулярно проходили матчи Лиги Кабула, которая состояла из 12 клубов. 

Это подтверждает бывший капитан сборной Афганистана Мухаммед Исак. Он покинул страну в начале 1990-х из-за гражданской войны и вернулся в момент установления новой власти. Талибы предложили футболисту присоединиться к команде «Сабаун» – ее, как и еще много других, террористы создали с нуля. Каждую неделю на матчи приходило несколько тысяч зрителей.

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Экс-капитан сборной Афганистана с сыновьями

«Талибы выдавали нам зарплату и полностью оплачивали наши расходы, – вспоминает Исак. – Мы могли содержать семьи и продолжать играть в футбол. Военные делали на нас ставки, а после игр мы смотрели фильмы в доме талиба, который нанял нас как игроков».

Ставки и азартные игры запрещены законами шариата, поэтому в Афганистане больше нет букмекеров. Но в 1990-х террористы ставили на футбол автомобили, оружие и даже дома, рассказывает Исак. 

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Состав «Сабавунан» в 1999-м. Исак – вверху слева

Одна из тех, кто ходил на матчи в Кабуле при талибах, – корреспондент BBC Кейт Кларк. На стадионе она была единственной женщиной среди 20 тысяч мужчин. По словам журналистки, на арене было много охранников с автоматами Калашникова и обрезками проводов – их использовали в качестве кнута. Но к ней относились доброжелательно: «Гораздо большую угрозу я чувствовала перед матчами в Британии – от конной полиции». 

Кларк говорит, что тогда действительно ходили слухи о запрете футбола, но спустя несколько месяцев после установления власти талибов матчи возобновились: лига считалась любительской, но очень популярной, на арену ходили толпы. Футбол стал одним из немногих законных развлекательных мероприятий, правда, со своими особенностями. «В середине первого тайма пришло время вечерней молитвы, – продолжает Кейт. – На стадион приехали полицейские пикапы, а всем болельщикам по громкоговорителям приказали выйти на поле. Большинство оставалось на трибунах. В ответ полицейские взошли туда с кнутами в руках. Часть толпы все же спустилась для молитвы, а остальные просто попятились от полиции. Это была демонстрация сопротивления – неслыханное событие для Кабула». 

Походы Кларк на стадион были риском, потому что по правилам футболистами и зрителями могли быть только мужчины. Для них был дресс-код: игроки бегали в футболках с длинными рукавами, носили шорты ниже колена и высокие гетры, чтобы закрыть все тело. 

Сотрудник ООН Томас Руттиг говорит, что многие футболисты поддевали под шорты традиционные пуштунские брюки, что выглядело странно. Атмосферу на стадионе в Кабуле он описывал так: «Забавно одетые игроки на коричневато-зеленом поле перед поврежденными войной трибунами с изрешеченными стенами и дымящимися самоварами».

Руттиг вспоминает, что однажды талибы провели даже международные матчи – в Кандагар приехала команда «Афган» из Пакистана. На ее название повлияло расположение города – он находится прямо на границе стран. 

Турне включало три матча, и первые два завершились без происшествий. Но третью встречу «Афгана» в Афгане прервала полиция: рейд оказался внезапным и для игроков, и для зрителей – те, сбегая со стадиона, образовали давку. Футболисты из Пакистана тоже попытались скрыться, но 12 из них задержали вооруженные люди. Их арестовали за неправильный внешний вид: пакистанцы играли в шортах с открытыми коленями.

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Игроки «Афгана» в конце 1990-х – начале 2000-х

Ночь они провели в тюрьме, где им обрили головы (обычно так поступали с ворами), а затем депортировали. Позже губернатор Кандагара Мохаммед Хасан великодушно признал наказание чрезмерным: «Это наши гости, с ними нельзя так обращаться». 

Ограничение на внешний вид не останавливало афганцев, которые играли в футбол везде. «Даже в цитадели Талибов в Кандагаре напротив штаб-квартиры муллы Омара. Поле там было настолько пыльным, что приходится ждать, пока пыль осядет после особенно наглой атаки», – вспоминает Томас Руттиг. 

Качественные атаки – не единственное, за чем зрители забивали стадионы, особенно главный – в Кабуле. На аренах устраивали публичные казни. 

«На этом поле пролилось слишком много крови», – говорит в интервью Reuters агроном стадиона «Гази» Мохаммад Насим. Он указывает на столбы ворот и поясняет, что перед ними талибы заставляли людей вставать на колени во время казни, а на штанги и перекладины вешали отрубленные руки и ноги воров. Чтобы части тела были хорошо заметны даже с дальней трибуны, металл часто покрывали свежей белой краской. 

Агроном Насим теоретически может преувеличивать, но его слова подтверждают другие свидетели. 

Мухаммед Исак, игравший за команду, которую держали талибы, рассказывает, что до сих пор с содроганием вспоминает первый день тренировок при новой власти: «Мы разминались и практиковались в ударах. В центральном круге стоял какой-то бочонок. Когда я открыл его, увидел, что там лежало шесть отрезанных рук».

Афганский журналист Зайбулла много раз наблюдал за казнями со стадиона: «Обычно они проводились в штрафной. Вору прямо там отрезали руку, за незаконные половые отношения мужчине и женщине нанесли по 100 ударов плетьми и заставили жениться друг на друге. Я также видел, как людей обезглавливали и расстреливали». 

«Теперь [после первого пришествия талибов] вечером сюда никто не приходит на стадион, даже мы не заходим внутрь», – объясняет охранник арены «Гази» Набиль Кари. – Все считают, что в этом месте обитают привидения, потому что души умерших не нашли покоя». По словам Кари, боевики расстреливали не только на стадионе, но и на улице через дорогу: они привозили провинившихся в грузовиках с открытым верхом, выводили на землю, стреляли в голову с близкого расстояния и бросали тела обратно в кузов.  

«Двоих моих родственников расстреляли так, а еще одного повесили на стадионе за хранение оружия, которое, по мнению суда талибов, предназначалось против них, – продолжает охранник Кари. – Мои родственники были невиновны, как и многие другие, кто умер здесь». 

Кари и других свидетелей казней поражала скорость, с которой террористы расправлялись с людьми. Они вспоминают, что к месту расстрелов на 11-метровой отметке устраивалась очередь. «Кровь сочилась из тел. Ее было так много, что пропиталась вся почва. Мы пытались выращивать новый газон на этой земле, но ничего не получилось», – заключает охранник. 

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Чтобы вырастить новое поле, пришлось снимать старый грунт (глубиной до полуметра) и засыпать новый, приводит слова очевидцев Reuters. Это случилось уже после прихода американцев в нулевые и обошлось им в 50 тысяч долларов. Талибов высохшая трава и кровавая земля не смущали. Еженедельно они проводили на стадионе «Гази» все новые казни. Как все это происходило, в 1998-м рассказал журналист Independent Джейсон Берк (после учебы в Оксфорде и работы в Sunday Times Берк переехал в Пакистан, чтобы писать про соседний Афганистан; по итогам постоянным поездок в государство талибов журналист издал книгу «По дороге в Кандагар: путешествие через конфликты в исламском мире»). 

«Толпа в пять тысяч человек собралась на бетонных трибунах задолго до начала матча. Религиозный лидер зачитывает зрителям уроки Корана. В толпе говорят, что присутствовать на казни – это добродетель», – так начинается репортаж Берка. 

Дальше он описывает действо, которое произошло через час: «В центр ведут двух мужчин. Вооруженные солдаты повалили их на землю и растянули на животе. Их руки связаны по локоть за спиной. Третий направляется в штрафную, где в нескольких ярдах от точки пенальти его заставляют приседать. Пока священнослужитель бормочет стихи из Корана, хирургическая бригада ампутирует обе руки у одного из мужчин, привязанных к траве.

Когда бригада отрезает ногу у второго человека, трое мужчин подходят к человеку у 11-метровой отметки, который описывается как осужденный убийца. Один человек поднимает автомат Калашникова и трижды нажимает на курок». 

Репортаж Берка вышел под заголовком «Через полчаса после казни начался футбол». В тексте он действительно описывает, как работники стадиона оперативно смыли кровь, а через 30 минут футболисты вышли на разминку перед вечерним матчем. 

Казни, как положено по нормам шариата, проводили не чаще раза в неделю – по пятницам. Часто палачами выступали родственники потерпевших. Агроном Мохаммад Насим вспоминает, что во время расстрелов зрители (среди них были и дети) кричали «Аллах Акбар». 

Существует и другая версия: собравшиеся на стадионе выкрикивали, справедливо ли казнить человека. Иногда палач мог отказаться от расправы под давлением трибун. В этом случае все заканчивалось дарованием жизни и все тем же «Аллах Акбар». 

Но вообще достоверных источников не так много из-за закрытости Афганистана во времена талибов. В стране работали единицы американцев и европейцев и почти никто из них не ходил на публичные просмотры убийств. На видео их снимали только для внутреннего пользования. Поэтому рассказы о казнях на стадионе доступны в основном в устном изложении или считанных текстах вроде репортажа Берка.

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Кроме одного эпизода – в 2001 году западные телеканалы получили видео казни на той самой арене «Гази», датируемой 17 ноября 1999 года. Женщину, закутанную в паранджу, застрелили в штрафной площади за убийство мужа.

После публикации видео убитая быстро стала символом афганского сопротивления женщин, но почти год никто не знал ни ее имени, ни истории. В 2002-м Daily Mirror выяснил, что женщину звали Зармина, ей было 35 лет, до казни она три года содержалась в тюрьме с годовалыми близнецами. На убийство мужа она решилась из-за постоянных оскорблений и побоев – в том числе детей. Вечером, сговорившись со старшей дочкой, она опоила мужа опиумом или снотворным, чтобы забить молотком во время сна. Но в решающий момент рука дрогнула, и удар нанесла дочь. Зармина взяла вину на себя, считая, что ей грозит 100 ударов плетью.

«Она повторяла одно и то же: «Они не собираются меня убивать. Кто тогда будет присматривать за моими пятерыми детьми? Я – мать, они не убьют меня», – цитировал Зармину автор расследования Daily Mirror Антон Антонович, который пообщался в том числе с теми, кто говорил с женщиной. Репортер выяснил, что Зармина так сильно верила в наказание плетьми, что утром перед казнью надела два дополнительных платья, позаимствованных у сокамерниц.

Талибы казнили женщину. Сначала заставили встать на колени на границе штрафной площади, затем выстрелили в голову, но руки палача тряслись – он промахнулся и только разодрал паранджу. В этот момент Зармина поняла, что ее расстреливают, подняла вверх обе руки и умоляла пощадить ее. На мольбы никто не откликнулся, а со второй попытки талиб не промахнулся (видео расправы есть в интернете, но мы не можем показать его по закону о СМИ).

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Родственники сбросили мать пятерых детей в безымянную могилу за пределами Кабула. Хоронить цивилизованно они не решились – даже после казни на семье лежит позор убийцы.

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Американцы вторглись в Афганистан 7 октября 2001 года – в ответ на отказ выдать Усаму бин Ладена, организовавшего теракты 11 сентября. Первые месяцы Штаты бомбили террористов с воздуха, а афганский Северный альянс поддерживал удары на земле.

Итог: уже 13 ноября талибы покинули Кабул, а к концу ноября удерживали только один крупный город – Кандагар. Тогда Джордж Буш приказал высадить десант – и через две недели боевики сбежали и из Кандагара.

Дальше они перешли в режим партизанской войны, в стране постоянно случались кровавые теракты, но населению наконец вернули базовые права и свободы. Казни прекратились, в футбол могли играть женщины, мужчинам стало необязательно поддевать штаны под шорты и носить длинные рукава. Сборная впервые в истории заявилась в отбор к чемпионату мира. Правда, не дошла даже до основной квалификации – влетела Туркмении 0:13 по сумме двух матчей в стыках (гостевая игра закончилась 0:11 – это самое крупное поражение сборной Афганистана).

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Отборы на ЧМ-2010 и ЧМ-2014 команда опять закончила раньше всех, а следующие два раза начинала уже со второго раунда – настолько сильно поднялась в рейтинге. В обоих случаях не вышла из группы, но финишировала как минимум не на последнем месте (в 2018-м вообще были три победы в восьми матчах).

Достойно для сборной, которая проводила домашние матчи за территорией страны – играть в Афганистане было по-прежнему опасно, поэтому Афганистан принимал соперников в Душанбе (отбор к ЧМ-2022), Тегеране (к ЧМ-2018) и иногда в Катаре.

На «Гази» сборная приезжала редко – только ради товарищеских матчей со странами, которых ничем не удивить, – например, Палестиной. Хотя стадион еще с 2011 года соответствовал требованиям ФИФА. Его реконструкция проходила на гранты от правительства США и обошлась в 25 млн долларов. В церемонии открытия участвовал американский посол, а на поле, где когда-то казнили, провели два укороченных товарищеских матча – между мужскими и женскими командами.

В сентябре 2014-го «Гази» оказался переполнен – на обновленную арену пришли 40 тысяч человек. Они приветствовали родную сборную, которая только что выиграла чемпионат федерации Южной Азии – не самый значимый даже на континенте, но важный для страны трофей. В турнире на семь команд Афганистан сначала вышел из группы, потом грохнул Непал в полуфинале, затем – Индию в финале.

В аэропорту игроков встречал президент Хамид Карзай, министры и члены парламента. По дороге до стадиона автобус с командой приветствовала счастливая толпа. «Наблюдать за людьми, танцующими на улицах, было просто вау. Это настоящая футбольная сказка», – говорил голкипер Мансур Факирьяр, который в полуфинале отбил два пенальти от хозяев турнира из Непала.  

В тот год Афганистан взлетел со 189-го на 122-е место в рейтинге ФИФА (сейчас – 153-е место), количество людей, занимающихся футболом, выросло до 54 тысяч человек (в 2006-м было около 20 тысяч), а в Кабуле открылись 16 клубов для женщин. Успехи заметили в ФИФА. Чиновники наградили местную федерацию призом FIFA Fair Play, выделив 1,5 млн долларов на строительство штаб-квартиры и установку поля на территории комплекса.

Подъем сборной случился в условиях, когда в стране так и не появилось полноценного чемпионата. Восемь команд представляли разные регионы, но из соображений безопасности матчи проводили в Кабуле. Связь с родным регионом каждый клуб поддерживал с помощью ТВ – чемпионат проходил в формате реалити-шоу «Зеленое поле», которое организовали федерация и медиа-компания MOBY Group.

До турнира зрителей знакомили с футболистами, после чего они голосовали за то, какой игрок останется в проекте, и даже выбирали, к какой команде он присоединится. Затем начиналось превью чемпионата – по телику транслировали два месяца предсезонной подготовки. Лига стартовала в августе и длилась всего три месяца: матчи внутри двух групп, полуфиналы и финал.

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

Промо к первому сезону чемпионата Афганистана в 2012-м

По уровню турнир считался полупрофессиональным (хотя игроки получали зарплату – 10 долларов в день), поэтому несколько лет его не признавали в Азии. В 2017-м Афганистан наконец выдвинул своего представителя в аналог местной Лиги Европы – «Шахин Асмайи» проиграл в первом же квалификационном раунде клубу из Таджикистана (0:1). Дальше страна снова пропала из континентальных кубков, но лига поставляла игроков в сборную.

Футбол стал настолько популярным, что правительство даже задумалось о строительстве нового национального стадиона. 270 млн долларов должны были собрать через фонды известных американских спортсменов.

Спустя шесть лет нового стадиона нет, а с футболом – полная неопределенность.

«Я получаю сообщения от игроков из Афганистана, которые плачут, говорят, что они брошены, что они застряли в стране, не имея возможности выбраться, они боятся», – делится бывший капитан женской сборной Афганистана Халида Попал. Девушка живет в Дании, где руководит футбольным клубом, но на связи со многими футболистками из родной страны. На возвращение талибов к власти она отреагировала оперативно. Закрыла аккаунт сборной в твиттере и попросила всех игроков – бывших и нынешний – удалить аккаунты в социальных сетях и сжечь форму. Все для того, чтобы боевики не вычислили, кто из женщин играл в футбол, и не наказали их.

Попал в 2007 году была среди тех, кто организовывал женскую сборную. В 2017-м она вывела команду на первый международный матч как капитан. «Я помню, как мы ездили на международный турнир и стояли под нашим флагом. Помню, как мы впервые услышали национальный гимн и плакали, потому что это стало для нас большим достижением. Но теперь жизни тех, кто громко отстаивал права женщин, в серьезной опасности. Помогите нам защитить тех, чьи личности уже раскрыты. Помогите нам обезопасить наших игроков», – почти умоляла Халида международное сообщество.

Стадион в Кабуле – место публичных казней. Расстрелы проводили перед матчами, а на ворота вешали отрубленные руки

25 августа для девушки появились хорошие новости: 77 спортсменок, включая женскую сборную, приземлились в Австралии, куда их вывезли по просьбе профсоюза игроков FIFPro.

Источник: sports.ru

Похожие статьи